Княжка-кошка - Страница 3


К оглавлению

3

По приказу отца дорожки среди деревьев усыпали разноцветными камушками, добавив указатели направлений, чтобы приезжие не смогли запутаться, если отправятся побродить среди густых зарослей в одиночестве.

Особенно полезным это оказалось в дальней части парка, где поля с посевами специально отгородили буйно разросшимися рододендронами с алыми и оранжевыми цветками, так создавалось впечатление, что замок Алор стоит на огромном зеленом островке, затерявшемся среди поросших вереском холмов.

На самом же деле плодородные угодья, засаживаемые из года в год свежими овощами и зерном, покрывали большую часть потребностей обитателей замка. Жители соседних городов и деревень выплачивали в казну княжества лишь десятую часть заработанных с продажи излишков денег, в то время как в соседних княжествах князю отходила восьмая часть всего урожая.

Еще мой прапрадедушка ввел в Алории столь непривычные для иных княжеств правила. Казна от этого много не выиграла, зато на свободные земли подтянулись крестьяне из других княжеств.

— Смотри! Смотри! — вдруг заорал Бобби, тыкая пальцем куда-то в небо. — Чудовище!

Услышав его крик, люди на подъездной дороге разом подняли глаза к небу. Я смотрела туда же, замерев от ужаса и восхищения. Не каждый день увидишь полет настоящего легала! Об этих удивительных существах, похожих одновременно и на орлов, и на лошадей, я однажды прочитала в книге. Там даже иллюстрация нашлась. Теперь я точно знала, что мое тогдашнее восхищение не стоит и когтя настоящего живого небесного скакуна. Легалов было трое, мощные сильные звери темной масти, головами, крыльями и передними ногами похожие на птиц, а туловищем на лошадей. Всадников так же было трое, но рассмотреть их не удалось. Я заметила только длинные темные дорожные плащи. Легалы пошли на посадку, плавно приземлившись где-то за деревьями — нам с Бобби за ежевикой рассмотреть не удалось.

Вот отец удивится, узнав, что впервые за столько лет к нам прибыли гости из Легардора!

— Ты прав, Бобби! Мне пора! — воскликнула я, спеша выползти из кустов до того, как услышу от мальчишки шквал вопросов. Начни я на них отвечать и застряну рядом с помощником садовника на битый час, пытаясь впихнуть в его голову то, что изучала последние лет десять.

— Вира! — крикнул мне вслед застрявший в ежевике Бобби, потрясая забытой мною книгой.

Стоило успеть прошмыгнуть в замок так, чтобы никто из гостей меня не заметил. Отец хоть и разрешил ходить, в чем захочется, но не думаю, что меня погладят по головке за появление перед княжескими семьями в одежде, больше подходящей для горничной. Очень хотелось бежать смотреть на легалов вблизи, но я затолкала это желание подальше. Полюбоваться на удивительных и легендарных созданий смогу позже, куда важнее сейчас услышать разговор между отцом и послами Легардора, а сделать это возможно в тайном коридоре. Прислушиваясь к переполоху, накрывшему аллею, я добежала до лестницы перед замком, обогнула ее слева и ввинтилась в заросли малинника, чтобы оттуда проскочить сразу через кухню на второй этаж к черному ходу, возле которого за истертым гобеленом прятался потайной ход. О нем никто не знал, кажется, кроме меня. Я обнаружила этот коридор однажды в детстве, играя с сестрами в прятки. Осторожно расспросив отца и тетю, я выяснила, что про данный проход никто ничего не знает, и решила оставить эту тайну при себе. Иногда просто наблюдала через щелки за отцом, когда он работал, а порой присутствовала при решении важных дел княжества. И никто об этом не знал.

Но несколько лет назад мне начало становиться не интересно сидеть в узком пыльном проходе, так что пользовалась им только в самые важные моменты. И сегодня был один из таких.

Оставляя следы в толстом слое пыли на полу, я осторожно пробралась к тому месту, где каменная стена, сложенная из массивных долеритовых блоков, обрывалась, обнажая деревянные панели внутренней обшивки отцовского кабинета. Видимо, когда-то князья специально соорудили черный ход, даже, возможно, пользовались им, закрыв от посторонних глаз картиной или гобеленом, а когда надобность в нем отпала — перегородили деревянными щитами.

Давным-давно я проделала в дереве несколько незаметных отверстий, чтобы было удобно не только слушать, но и наблюдать. Припав к одному из глазков, с восторгом убедилась, что опередила легардов.

Отец нервно расхаживал по кабинету, пытаясь унять нервозность и что-то выговаривая себе под нос. Наблюдая за ним, я не удержалась, чтобы улыбнуться. За последние годы князь почти не изменился, только чуть заметнее стали морщинки, а складочка между бровей, появившаяся после смерти мамы, обозначилась резче.

— Ваша Светлость, к вам послы из Легардора! — выпалил секретарь, почти влетев головой в кабинет. На лице Бартео читался плохо скрываемый ужас.

— Проси! — велел князь, ничуть не удивившись заявлению Бартео. Явно кто-то из слуг уже доложил отцу о новых гостях.

У двери произошла какая-то заминка: то ли секретарь что-то хотел сказать послам, то ли с перепугу запутался в собственных ногах, но какое-то время слышалось лишь сдавленное мычание и грохот. Устав ждать, когда Бартео справится со своими обязанностями, гости отодвинули его в сторону, как предмет мебели, и вошли в кабинет, подметая своими длинными темными плащами пол. Тяжелые глубокие капюшоны скрывали лица легардов.

— Прошу, господа! — отец махнул на кресла у своего стола и начал жестикулировать Бартео, требуя принести еще один стул, но испуганный секретарь явно ничего не видел и не слышал. Щеки князя налились пунцовым румянцем, а я зажала себе рот рукой, чтобы не рассмеяться.

3